Светлана Погодина о еврейской традиции в Латвии

Осень богата на еврейские праздники. Тут и голова года – Рош а-Шана, и день Искупления – Йом Кипур, и праздник кущей – Суккот, и радостный праздник Симхат Тора. Хочешь не хочешь, самое время вспомнить о традициях.

О том, как «живут» и «умирают» еврейские традиции, ритуалы и фольклор рассказала Светлана Погодина, ассистент Музея “Евреи в Латвии”, доцент Факультета гуманитарных наук Латвийского Университета, профессионально занимающаяся еврейской традиционной культурой и этнографией соседства.

  • Света, ты занимаешься изучением еврейской традиционной культуры  на территории Латвии. Что именно это означает?

Я изучаю фольклор латвийских евреев. То есть те обычаи, тексты и традиции, которые передавались и передаются в основном устным путем. При этом, интересны именно региональные особенности, так как фольклор вообще и еврейский в частности – очень дискретен. Нам, исследователям, таким образом, важно найти общее и различное в рамках еврейской этнографии. Чтобы это выявить, мы задаем достаточно стандартный набор вопросов: как проходили свадьбы, как хоронили, как отмечали праздники, как готовили гефилте фиш, и так далее…

  • Много ли евреи сами о себе знают?

И да, и нет. Еврейская традиция в тех регионах, куда мы ездим с экспедициями, а это бывшая черта оседлости, сохраняется по-разному. В некоторых местах люди помнят довольно много и им есть, что рассказать: помнят практики и обряды, истории про мифических персонажей и множество интересных фольклорных мелочей. В то же время, мы живем на территории, где долгое время евреи были вынуждены не афишировать свое происхождение. Очевидно, что соблюдать и сохранять традиции и ритуалы при советской власти было очень сложно, шли на компромиссы, поэтому вполне естественно, что многие люди, прожившие большую часть жизни в ту эпоху, забыли, не знали и, уж тем более, не соблюдали традиции. Сегодня, когда в рамках этнографического интервью я задаю информантам вопросы, им порой становится неловко из-за того, что они не знают или плохо помнят традиции своего народа. Они с досадой и стыдом называют себя «плохими евреями». Однако тут нет ничего постыдного. Это нормальный естественный процесс – исторические события, урбанизация, социальные и культурные революции, все это сильно меняет образ жизни общества и его мировоззрение.

  • То есть, не знать свои традиции – нормально?

Традиция живет по своим законам и ошибочно применять к ее существованию оценочные категории «плохо/хорошо», «нормально/ненормально».  Мы не можем заставить еврейскую или какую-либо другую общину соблюдать традиции и искусственно сохранять ритуалы и обряды. Если в них по той или иной причине нет необходимости, традиции и ритуалы умирают, но потом могут и возродиться вновь, если в них возникнет необходимость. Еврейская традиция не страдает, если какой-то праздник или ритуал на определенной территории забылся или изменился под влиянием других локальных традиций и культур. Еврейская община не живет закрыто, поэтому совершенно нормально, что традиции постепенно трансформируются или утрачиваются. В этом и есть логика традиционной культуры – традиция может «уйти», а потом возродиться вновь.

  • Какие же традиции евреев Латвии ушли безвозвратно, а какие  возродились?

Учитывая события двадцатого века, ушедших традиций огромное множество, ведь в начале тысячелетия еврейская жизнь Латвии была достаточно традиционной. Я имею ввиду, что быт подчинялся традиционному укладу, еврейскому закону. Затем, в период советской власти, евреи, в большинстве своем, ушли от традиции.

Теперь некоторые традиции возвращаются… Например, так произошло с похоронными и свадебными обрядами. Тут можно не углубляться в детали, достаточно, например, упомянуть тот факт, что по еврейскому закону на могилу кладут камушки, а не цветы. В советское время погребальная традиция «перевернулась», всех хоронили уже одинаково, «по-русски» – в гробах, с цветами, в костюме и с музыкой, – что недопустимо по еврейскому закону. Сегодня в Латвии частично возвращается понимание того, что евреев надо хоронить по-еврейски. Это в какой-то мере искусственный процесс, приходящий извне, но в данном случае важно не откуда он начался, а сам факт возрождения традиции и закрепится ли она.

Браки в советское время заключались в ЗАГсах, мало кто решался пригласить раввина. Хупу, если и ставили, то дома, «тихо». Теперь возрождаются и традиции, связанные с заключением брака.

Еще одна ушедшая, но возвращающаяся традиция – гастрономическая. По понятным причинам в советское время многие евреи ушли от соблюдения кашрута, теперь соблюдать кашрут стало проще и многие пробуют это делать.

В то же время, есть и ушедшие традиции, которые – во всяком случае пока – не возвращаются. Например, практика имянаречения. После Катастрофы детям в еврейских семьях стали реже давать еврейские традиционные имена. Их стали заменять на имена доминирующей культуры, в нашем регионе – русской или латышской. Многие даже меняли свои еврейские имена на русские или латышские «аналоги» или созвучные имена, при этом зачастую «схожесть» еврейских и русских/латышских имен могла быть очень субъективной. В нашей еврейской общине и сегодня традиционные еврейские имена не самые популярные.

С именами связан и обычай давать ребенку второе имя или менять имя, чтобы «обмануть смерть» (например, давать больному ребенку второе имя – Хаим). Информанты пожилого возраста еще помнят эту практику, но если мы начнем спрашивать молодых, вряд ли кто-то знает об этом, и уж тем более вряд ли кто-то это делает. Это, очевидно, пример традиции, ставшей «ненужной»: сегодня, если ребенок болеет, его в первую очередь везут по врачам, а не меняют имя.

  • Вы как будто собиратели старины…

Это не совсем так. Разговор о еврейской традиции – это не только разговор о прошлом, которое нужно сохранить. Как я уже сказала, ничего нельзя сохранить искусственно. Самое большое, что мы можем сделать, это зафиксировать, что какой-то ритуал или фольклорный сюжет существовал или существует. Это, в свою очередь, дает нам понимание того, как функционирует общество, помогает нарисовать «культурную карту». Кому-то покажется, что мы занимаемся ерундой, которая интересна только узкому кругу специалистов. Возможно, отчасти так оно и есть, но, с другой стороны, фольклор и этнография – науки о том, как устроено человеческое общество. Факты, которые мы собираем, могут быть не только интересны, но и полезны любому человеку, которого интересует устройство человеческого общества, мира вокруг нас и того, как мы его воспринимаем. Все это имеет огромную ценность для общего гуманитарного знания.

Историй и интересных фактов из практики Светланы очень много, и она поделится ими уже совсем скоро — на Limmud Baltics, который пройдет в Юрмале 17-19 ноября.